А. Платонов

   Действие повести происходит в стране Северо-Западных Ветров в «огромной, забытой стране, такой далекой и дикой и в то же время такой прекрасной», где находятся холмы Шепчущихся Листьев, где лежат долины Лепечущих Вод и Пляшущих Кроликов, где вода в прудах, устроенных бобрами, столь тиха и прозрачна, что небо просвечивает ее до дна, и она кажется несуществующей, и утки, дремлющие на той воде, кажутся плывущими в воздухе.
   У одного такого пруда жило в своем домике бобровое семейство: мать, отец и четверо детенышей. Ход в бобровый домик сделан под водой, через особый тоннель. Бобр – труженик; он не имеет могучих клыков или когтей, но обладает звериной силой мышц или другой способностью для непосредственной борьбы за пищу и безопасность в царстве лесов и вод. Бобр защищает и обеспечивает себя трудом. Для своей безопасности он сооружает плотины, образует водохранилища, постоянно поддерживает свои гидротехнические сооружения в состоянии исправности, ибо от этого зависит благоденствие безопасность его бобровой семьи и его бобрового народа.
   Но вот однажды хищница выдра повредила бобровую плотину. Вода стала убывать. Старые бобры, отец и мать, ушли чинить плотину, а на детей их напала выдра. Индеец по имени Большое Перо выдру отогнал, но двое перепуганных бобрят ушли с родного пруда и заблудились. Большое Перо вынул бобрят из воды и привез их домой в подарок своей дочери Саджо, маленькой черноголовой девочке, в день ее рождения.
   В индейской хижине наступило счастье четырех существ: Саджо, ее брата Шепиэна и двух бобрят; особенно счастлива была Саджо. Будучи сама сиротой, она утешала двух других сирот, и будущие труженики земляных и водяных работ лепетали ей в ответ свои слова, ласкались к ней и засыпали у нее на руках. Но среди этого счастья бобры вдруг впадали в тоску: может быть, образ утраченной истинной матери посещал их сердце в этот момент и они грустили по родной бобровой хатке.
   Так именно, соединяя в себе видение натуралиста и способность поэта, Серая Сова открывает для нас тайну маленьких существ.
   С особенной силой эта тайна жизни маленьких существ – девочки Саджо и бобренка – открывается для нас в эпизоде во время лесного пожара, когда бобренок исчез из своего берестяного домика, Саджо бежала сквозь пламя, прижав к себе берестяную коробку с бобренком. Но бобренком овладела страсть к свободе – одна из сильнейших страстей всех живых существ. Бобренок незаметно для Саджо уходит на волю, но там его ожидает гибель в огне. Саджо к тому времени уже миновала смертельно опасные очаги огня; однако, заметив, что ее любимое существо исчезло, Саджо пошла назад, против пламени и смерти, чтобы найти в огненном бушующем лесу маленького вольнолюбивого бобренка.
   Здесь очень точно описаны достоинства человека и животного.
   Бобренок одержим лишь страстью к освобождению. Человек не менее животного ценит чувство свободы, но у него есть и другие качества, другие страсти и особенности – более сильные, чем желание личной свободы, чем даже инстинкт самосохранения. Нежное чувство Саджо к беззащитному бобренку, которому угрожает смерть в огне, заставляет девочку вернуться в горящий лес; человек в необходимых случаях способен не только пренебречь своей свободой, но и жизнью; чувство товарищества, дружбы превозмогает в нем любовь к собственной жизни. Именно самоотверженность есть одно из отличительных качества человека, и это качество возвышает его над миром животных.
   Понимая бормотание животных и лепет лесных потоков, Серая Сова, однако, не всегда понимает людей. Люди в этой книге, за исключением одного человека, исключительно добры и благородны, особенно полицейские и владелец зоосада.
   Правда, благородство их вызывается любовью двух юных индейцев, брата и сестры, к бобренку, проданному в зоосад и умиравшему там в неволе. В частном случае это возможно. В общем же порядке жизни капиталистического общества это не закономерно.
   Заканчивается книга эпизодом возвращения подросших бобрят к их родителям. И девочка Саджо, как она ни была привязана к своим воспитанникам, понимает необходимость разлуки со своими любимцами и подчиняет свое чувство этой необходимости. Когда бобры исчезли в родной хатке, Саджо услышала «нежный голос пернатой певуньи... и Саджо казалось, что это была песня надежды, радости и любви.
   – Это хорошо! – говорила Саджо про себя. Это превосходно, потому что любовь ее не умерла оттого, что бобры уплыли в свой родной дом, но превратилась в обширное чувство жизни, – любовь ее превратилась в разум, понимающий, что удовлетворение интересов других существ угашает скорбь разлуки с ними. Это понимание – не меньше любви, и оно годится Саджо на всю жизнь.
   Образы Саджо и ее брата, их отношение к животным, их мужественное поведение во время дикого лесного пожара могут служить воспитательным примером и для наших детей.

1941 г.